Тематика городская

С собакой в большом городе

Уже не вспомнить, кем заведено,
Что мы теперь пожизненно в ответе
За фауну, с которой мы давно
Привычно делим каменные клети…

Маршрут привычный помня назубок,
Как будто пограничные наряды,
Друг друга пристегнув на поводок,
Выплачивают долг собачьей вахты…

Вдоль вереницы каменных гардин
Мы снова повторяем этот путь,
И нам уже без помощи машин,
Увы, за горизонт не заглянуть…

P.S. Собачников приглашаю заглянуть
на мой сайт www.sobaka.com

0

Какой-то странный этот Ким Ки-Дук…

Какой-то странный этот Ким Ки-Дук…
То смотрит мудро и печально, как больной орангутан.
А то заплачет, закричит, затянет «Ариран»,
как будто помешался вдруг.
И этот человек, не молодой уже,
полуседой неряха некрасивый
пленил —  и умных, и наивных, и спесивых…
Он просто навязал катарсис их душе.
Заставил всех сидеть, уставившись в экран.
И, даже толком не поняв, что значит «Ариран»,
мы с увлечением следим за странным действом:
как он, стирая пятки в кровь, влачит свой тяжкий «крест» корейский.
…….
Потом в своём домишке, Богом позабытом,
серьёзный депрессивный господин
ведёрочко лапши умнёт задумчиво с отменным аппетитом
и скажет: «Ай да Ким Ки-Дук!»  и   «Ай да сукин сын!»

0

Весна… Уже десятый час…

Весна…Уже десятый час, а солнце не садится.
Повисло в небе золотою астрой,
остановило время, сдвинуло пространство…
И стало тихо в парке — смолкли птицы.
Смотри, навстречу девушка идёт
и солнце так пронизывает волосы её,
как будто нимб вокруг головки золотится.
 
Не разглядеть фигуры и лица напротив света,
но кажется, я знаю её имя.
По-моему её зовут Мария,
блондинку стройную новейшего завета.
Она прошла и улыбнулась нам —
таджичка низенькая, толстая, с лицом пивного цвета…
Ты зря смеёшься, звать её Мариам.

5

Фантасмагория

В  осеннем  парке  мокрые  деревья,
нет  снега,  полусгнившая  трава.
И  никого – ни  звука,  ни  души.

А  на  большой  поляне,  как  на  сцене,
полсотни  чаек  важно  выступают,
степенные  и  жирные,  как  гуси.
Что  здесь  творится?  Господи  Исусе!
Откуда  столько  чаек?  Почему
не  слышно  криков  резких, но  бесшумно
белеют  птицы.  Словно  привиденья
торжественно  танцуют  менуэт.

И  никого,  лишь  старенький  бульдог
застыл  напротив,  смотрит  в  изумленьи,
не  нарушая  мокрой  тишины.

5

Я лягу спать и буду видеть сны…

Я  лягу  спать  и  буду  видеть  сны –
послания  какой-то  неизвестной  мне  страны,
в которой  воздух  напоён  покоем  и  добром,
куда  приходишь  отдохнуть, как будто бы  в свой  дом.

Ничьё  лицо не исказит  там  подлая  улыбка,
не станет  мутною  вода,  не  станет  почва  зыбкой.
Там  не  уходит  вдаль  мучительно  знакомый  силуэт,
там  все  идут  к  тебе,  у всех  в  глазах  привет.

И  даже  утром  я  почувствую  тепло
их  рук – их  глаз – и  слов.

5

Агрегатные состояния воды

Облачком  лёгким
Детство под  солнцем  парит
Цели  не  зная.

Плотным  потоком
К  морю  Надежды  спешит
Жизнь  молодая.

Светлой,  как  утренний  снег,
Старость  бывает,
Или,  как  лёд  вековой,
Тёмной  и  страшной.

5

Жарила рыбу…

Жарила  рыбу.
Вот  она  —  пища  богов,
рядом  с  картошкой.

Карп  не  заметил,
кто  ему  сверху  бросал
хлебные  крошки.

Думала,  хлеб  теребя,
жирная  рыба:
«Кто ж  может  жить  без  воды,
если  не  боги».

5

Когда уляжется дневная суета…

           Когда  уляжется  дневная  суета,
           весь  дом уснёт и уплывёт в страну  забвенья.
           А  я,  и  кухня,  и  остывшая  плита
           вздохнём  свободно  наконец — в  уединеньи.

           Тогда  в окно  войдёт красивая  луна
           и  станет  вечным  одиночеством  кичиться.
           Уймись,  Луна!  Опять  —  ты  маешься  одна.
           Зачем  мешаешь  мне  покоем  насладиться?

5

Домохозяйкам вредно долго смотреть телевизор

Алё,  послушай!
Вчера  под  вечер  выхожу  из  магазина,
а  на  дворе  темно,  лишь  пыльные  витрины
лениво  освещают  тротуар.
Всегда  роящийся  здесь  маленький  базар
исчез  куда-то.  Никого  вокруг,
ни  тёток  с  сумками,  ни  жаждущих  пьянчуг…

Алё,  ты  слушаешь?
Внезапно  в полной  тишине  вблизи   витрины
возник  высокий  тип  с  малюсенькою  псиной.
Нескладный,  тощий,  словно  ветка.  Нет,  не  глюк!
Ну  просто — богомол  выгуливает  тлю.
И  совершенно   одинаково  одеты.
В  комбинезоны  белые.  Десант  с другой  планеты!!?

5

На пути от БДТ до Владимирского

                        …И мир опять предстанет странным,
                        Закутанным в цветной туман!
                                                                  Александр Блок
Вдоль Фонтанки бегут фонари,
Словно длинная цепь золотая,
А вдали приглушенно вздыхая,
Белым заревом Невский горит.
Здесь покой — у замерзшей реки.
Ранний сумрак и синий, и жидкий…
Фонари в нем парчовою ниткой,
Мелко ткут золотые стежки.
Рассыпают свой жёлтый  уют
По сугробам, как скатерти, белым,
А дома отступают несмело
В темноту и как будто растут.
Небо светится дальним окном,
Цвета странного — тёмной сирени…
И куда-то уходят волненья,
Словно ты при свече в упоеньи
Пестрым бисером шьешь полотно.
А в промоинах чёрных вода
Чуть рябит среди серого льда.
Щербаков — просто узкая щель,
В нём  темно и немного теплее…
В мягком сумраке прошлое реет.
Точно время тут село на мель.
Во дворах приютились века,
Там в потёмках мальчишки играют,
Крики звонкие в воздухе тают,
Словно слышатся издалека.
Здесь чудесно, и нравится мне
Плыть по улице между веками…
Что-то шепчет цветными огнями
Новогодняя ёлка в окне.
Но Владимирский новый пассаж
Вырастает чертогом Кощея
От него жуткой нежитью веет,
Сине-красной подсветкой наглеет
Чьих-то денег убогая блажь.

А на той стороне белый храм,
И метро, и толпа… будни там.

 

5

Авторизация
*
*
code

Использовать аккаунт в: 
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
*

*

code

Использовать аккаунт в: 
Генерация пароля

*

code